И все же он не испытывал вожделения к пленительной женщине, которую он прижимал к груди. Он обезумел от любви.
Виктор Гюго, Отверженные
И все же он не испытывал вожделения к пленительной женщине, которую он прижимал к груди. Он обезумел от любви.
Виктор Гюго, Отверженные