Через несколько дней я опять увиделся с Софьей и успел оставить в руке ее записку. Я начинал так: «Вам может показаться странным, что я без всякого такта напоминаю вам о вещи, о которой многие сочли бы нужным умолчать. Я говорю о том, как вы были у нас в деревне. Вы были, конечно, институтка тогда, и я, поверьте, не хочу употреблять во зло вашу тогдашнюю наивность; но я бы хотел знать только, на что мне надеяться? Страсти я еще не слышу в себе, но думаю беспрестанно об вас. Скажите мне что-нибудь и не примите эту записку за дерзкую самоуверенность: это только искренность!» Я показал записку Юрьеву; он похвалил ее, особенно за слова «страсти я еще не слышу в себе!».
Константин Леонтьев, Подлипки
