если кто-нибудь из вас в ближайшем месяце оскалит зубы и начнет рвать и метать, понося меня, как делали иные в прошедшем мае (когда, помнится, погода была очень жаркая), - не прогневайтесь, если я опять спокойно пройду мимо, - ибо я твёрдо решил, пока я жив и пишу (что для меня одно и то же), никогда не обращаться к почтенным джентльменам с более грубыми речами или пожеланиями, нежели те, с какими когда-то дядя Тоби обратился к мухе, жужжавшей у него под носом в течение всего обеда: «Ступай, - ступай с богом, бедняжка, - сказал он, - зачем мне тебя обижать

если кто-нибудь из вас в ближайшем месяце оскалит зубы и начнет рвать и метать, понося меня, как делали иные в прошедшем мае (когда, помнится, погода была очень жаркая), - не прогневайтесь, если я опять спокойно пройду мимо, - ибо я твёрдо решил, пока я жив и пишу (что для меня одно и то же), никогда не обращаться к почтенным джентльменам с более грубыми речами или пожеланиями, нежели те, с какими когда-то дядя Тоби обратился к мухе, жужжавшей у него под носом в течение всего обеда: «Ступай, - ступай с богом, бедняжка, - сказал он, - зачем мне тебя обижать? Свет велик, в нём найдется довольно места и для тебя, и для меня».

Лоренс Стерн, Жизнь и мнения Тристрама Шенди, джентльмена