В войну я сталкивался почти исключительно с явлением массового мужества, мужества в строю;оказалось, что за ним скрываются - если разглядеть его в увеличительное стекло - самые неожиданные стимулы: много тщеславия, много легкомыслия и даже скуки, но прежде всего - страх

В войну я сталкивался почти исключительно с явлением массового мужества, мужества в строю;оказалось, что за ним скрываются - если разглядеть его в увеличительное стекло - самые неожиданные стимулы: много тщеславия, много легкомыслия и даже скуки, но прежде всего - страх. Да, да! Боязнь отстать, боязнь быть осмеянным, боязнь действовать самостоятельно и, главным образом, боязнь противостоять общему порыву; большинство из тех, кого считали на фронте храбрецами, были мне лично известны и тогда и потом, в гражданской жизни, как весьма сомнительные герои.

Стефан Цвейг, Нетерпение сердца. Мария Стюарт