После полутора тысяч метров я исчезаю. Мое тело становится чистой энергией, и пока все недоумевают, куда я делась, ноги успевают унести меня так далеко, что я делаюсь невидимой. Эта способность есть не у меня одной, но я не знаю никого, в ком ее так трудно заподозрить, потому что с виду на Заратустру я совершенно не похожа. Однако именно в него я и превращаюсь. Меня вдруг подхватывает какая-то нечеловеческая сила, и я взмываю прямо к солнцу. В голове моей звучат божественные гимны — не славословие богам, а песнь обитателей Олимпа. Геракл — мой тщедушный младший братишка. Но это лишь греческая ветвь моего рода.
Амели Нотомб, Токийская невеста
