Ей казалось, что существует кто-то безгранично добрый, кому можно все тихонько рассказать вечером под одеялом – так, чтобы никто не слышал, - хотя бы о том, что случилось дома и во дворе

Ей казалось, что существует кто-то безгранично добрый, кому можно все тихонько рассказать вечером под одеялом – так, чтобы никто не слышал, - хотя бы о том, что случилось дома и во дворе. Именно такой был Бог.

Януш Леон Вишневский, Любовница