И с тех пор у меня внутри начался самый страшный и странный зуд - я никак не мог почесать собственную душу

И с тех пор у меня внутри начался самый страшный и странный зуд - я никак не мог почесать собственную душу.

Огюстен Берроуз, Бег с ножницами