Но уже поздно, слишком поздно говорить правду, поздно пытаться что-то спасти

Но уже поздно, слишком поздно говорить правду, поздно пытаться что-то спасти. Я не настолько христианин, чтобы верить в обращение, тем более на смертном одре, и буду, во искупление, жить с грузом собственного малодушия на совести, зная, что притворялся тем, кем не был, - буду жить, пока не пробьет и мой час.

Мюриель Барбери, Лакомство