Она села рядом на качели, в одной ночной сорочке, не тоненькая, как семнадцатилетняя девочка, которую ещё не любят, и не толстая, как пятидесятилетняя женщина, которую уже не любят, но складная и крепкая, именно такая, как надо, - таковы женщины во всяком возрасте, если они любимы

Она села рядом на качели, в одной ночной сорочке, не тоненькая, как семнадцатилетняя девочка, которую ещё не любят, и не толстая, как пятидесятилетняя женщина, которую уже не любят, но складная и крепкая, именно такая, как надо, - таковы женщины во всяком возрасте, если они любимы.

Рэй Брэдбери, Вино из одуванчиков