За окном уже сгустились синие сумерки, крупными хлопьями валил предновогодний снег

За окном уже сгустились синие сумерки, крупными хлопьями валил предновогодний снег. Тянуло на улицу из табачной духоты. В такие вот вечера Алёша всегда чувствовал себя мальчишкой. Ужасно хотелось махнуть рукой на звание и солидность, скатиться кубарем с горы, зарыться в высоченный, выше самого Алёшки, сугроб, который сгребает каждый год возле подъезда дворничиха тётя Шура. Поиграть в снежки, устроить настоящую снежную битву. а потом прийти домой с красными щекам, со снегом за шиворотом, в мокрых рукавицах, пить чай на кухне и слушать мамины охи. Он страшно скучал по недавнему детству - было ещё вчера, и нет его. Куда девалось, когда? А теперь вот извольте, лейтенант. Галстук, белая рубашка.

Ю. Алейникова, Тайное сокровище Айвазовского