Никакая другая мысль не была для меня более успокоительной,чем сознание,что я умру.В эти минуты прозрения-а себя можно увидеть таким,какой ты есть,только если смотришь на себя,как на чужого человека-все отчаяние,вся веселость,вся депрессия исчезают и сменяются спокойствием.Для меня смерть вовсе не была пугающей,она не была для меня состоянием или событием,которое придет и поразит меня.Она была скорее сосредоточенностью на нынешнем моменте,поддержкой,союзником,помогающим мыслями быть в настоящем

Никакая другая мысль не была для меня более успокоительной,чем сознание,что я умру.В эти минуты прозрения-а себя можно увидеть таким,какой ты есть,только если смотришь на себя,как на чужого человека-все отчаяние,вся веселость,вся депрессия исчезают и сменяются спокойствием.Для меня смерть вовсе не была пугающей,она не была для меня состоянием или событием,которое придет и поразит меня.Она была скорее сосредоточенностью на нынешнем моменте,поддержкой,союзником,помогающим мыслями быть в настоящем.

Питер Хег, Смилла и ее чувство снега