- Папа

- Папа! - вскрикнула Кити и закрыла ему рот руками. - Ну, не буду! - сказал он.- Я очень, очень... ра... Ах! Как я глуп... Он обнял Кити, поцеловал ее лицо, руку, опять лицо и перекрестил ее. И Левина охватило новое чувство любви к этому прежде чуждому ему человеку, старому князю, когда он смотрел, как Кити долго и нежно целовала его мясистую руку.

Лев Толстой, Анна Каренина. Том 1