Андрюшка отца узнал сразу

Андрюшка отца узнал сразу. Наверное, тем особым детским чутьем, каким определяется родитель – в каком бы виде он не явился. Игорь был небрит, лохмат, грязен, оборван, весь в синяках и ссадинах, но все равно это был папа. Единственный важный человек в жизни. Все остальные были как бы не в счет, шли фоном... Морозов осторожно обнимал худенькое, легкое существо, прижимался лицом к его волосам, вдыхал его запах. И вздрагивал от странного, убийственного чувства, которое неожиданно поселилось в груди и начало распирать, расти... Это был новый страх.

Виктор Косенков, Анабиоз. Мигранты