От равноправности и свободы то моё, что было в прежних царицах, получает новый характер, высшую прелесть, какой не знали до меня, перед которой ничто всё, что знали до меня

От равноправности и свободы то моё, что было в прежних царицах, получает новый характер, высшую прелесть, какой не знали до меня, перед которой ничто всё, что знали до меня.

Н. Г. Чернышевский, Что делать?