Во внешнем мире, рассказывал он, нет подлинной тишины. Не искусственной тишины, когда ты затыкаешь уши и не слышишь вобще ничего, кроме ударов собственного сердца, а настоящей тишины снаружи.
Чак Паланик, Уцелевший
Во внешнем мире, рассказывал он, нет подлинной тишины. Не искусственной тишины, когда ты затыкаешь уши и не слышишь вобще ничего, кроме ударов собственного сердца, а настоящей тишины снаружи.
Чак Паланик, Уцелевший