- Вся соль - в чистоте помысла, - заученно твердила она

- Вся соль - в чистоте помысла, - заученно твердила она. Замухрышка стояла на четвереньках и рыла землю. За монотонными движениями ее рук не таилось никакой мысли. Единственная - не мысль даже, а кровяной инстинкт - не распахать пальцы. Садовый инструмент гнил под замком и потому выбирать камни приходилось напополам железной лопаткой и заржавленной от тяжелой работы рукой. Тут и кисть себе срежешь - не сразу разберешься.

Степан Зозулин, Лепестки