А на холмах, над безднами, у извилин дорог, хмурятся тысячелетние храмы, порыжелые под смуглым загаром веков, как подёрнутая ржавчиной сталь доспехов

А на холмах, над безднами, у извилин дорог, хмурятся тысячелетние храмы, порыжелые под смуглым загаром веков, как подёрнутая ржавчиной сталь доспехов. Издалека эти храмы, монастыри, руины кажутся отрогами скал, лишь подправленные рукой человека. Есть храмы и монастыри, изваянные кайлом зодчего, словно резцом скульптора, из единой скалы, где внутри - не щели, не пещеры, но алтари, приделы, трапезные, тайники ризниц, кельи - всё высечено из одного камня. Его сердцевина изукрашена резьбой, колоннадами с капителями из каменных лоз, арками, нишами книгохранилищ, и всё это - лишь сердцевина одной горы, нутро одного камня. Сюда в трудные дни нашествий притулиться, утаиться от врагов сходятся тысячи людей, и каждый обретает пристанище.

Сергей Бородин, Звезды над Самаркандом. В трех книгах. Книга 1