Он уже пришел в себя и поднялся на ноги, хотя был по прежнему бледен как полотно и напуган

Он уже пришел в себя и поднялся на ноги, хотя был по прежнему бледен как полотно и напуган. А его ширинка открыта четырем ветрам, семи морям, двенадцати апостолам и девяноста девяти бутылкам пива.

Том Роббинс, Тощие ножки и не только