Подобное отрешение от мира требует невероятной самоотдачи и целеустремленности. Я понимаю – исчезнуть на год или два, но не на двадцать пять. Для такого акта, в котором помимо личных мотивов содержится и некий политический жест, нужен почти религиозный фанатизм. Как у буддийских монахов, которые совершили самосожжение в Сайгоне. Это мощное, пугающее и вполне однозначное послание миру: наше общество непригодно для жизни, а значит, физическое тело надлежит либо отринуть, либо уничтожить.
Чак Паланик, Обожженные языки
