Раздираемый двумя ностальгиями, каждая из которых отражалась в другой, как в зеркале, он потерял своё чудесное ощущение ирреальности и дошёл до того, что стал советовать (...) послать в задницу Горация и всюду, где бы они не оказались, всегда помнить, что прошлое - ложь, что у памяти нет путей назад, что все прежние вёсны ушли безвозвратно и что самая безрассудная и упорная любовь - всего-навсего преходящая истина

Раздираемый двумя ностальгиями, каждая из которых отражалась в другой, как в зеркале, он потерял своё чудесное ощущение ирреальности и дошёл до того, что стал советовать (...) послать в задницу Горация и всюду, где бы они не оказались, всегда помнить, что прошлое - ложь, что у памяти нет путей назад, что все прежние вёсны ушли безвозвратно и что самая безрассудная и упорная любовь - всего-навсего преходящая истина.

Габриэль Гарсиа Маркес, Сто лет одиночества