Я была бабочкой-однодневкой, она - орлицей, которая хоть и витала в облаках, зато и смотрела на все свысока

Я была бабочкой-однодневкой, она - орлицей, которая хоть и витала в облаках, зато и смотрела на все свысока. Я не могу не уважать и не любить человека, который всегда прав, который видит жизнь такой, какая она есть, но мне это не свойственно. Я, как упрямый ребенок, нагромождаю одну фантасмагорию на другую, а когда все рушится, пожимаю плечами, говорю какую-нибудь банальность вроде: такова жизнь и выстраиваю все заново. В этом есть оттенок сумасшествия, раздвоения реальности, но безумие меня никогда не пугало, я не умею жить по-другому.

Арина Холина, Письма на воде