В ораторе есть что-то от мученика. Он пылает. Сгорает, свидетельствуя. И в то же время лучится мощной, вечной, пламенеющей энергией.
Эрик-Эмманюэль Шмитт, Другая судьба
В ораторе есть что-то от мученика. Он пылает. Сгорает, свидетельствуя. И в то же время лучится мощной, вечной, пламенеющей энергией.
Эрик-Эмманюэль Шмитт, Другая судьба