Когда он думал о ночном Париже, ему представлялись темные извилистые улочки, кое-где и кое-как освещенные тусклыми фонарями, сторонясь которых, то там то сям крадутся подозрительные личности, подстерегая мирного обывателя, – совсем как во времена Людовика XV

Когда он думал о ночном Париже, ему представлялись темные извилистые улочки, кое-где и кое-как освещенные тусклыми фонарями, сторонясь которых, то там то сям крадутся подозрительные личности, подстерегая мирного обывателя, – совсем как во времена Людовика XV.

Гастон Леру, Заколдованное кресло