И вот меня поразило, я и теперь об этом думаю, величие сердца матери

И вот меня поразило, я и теперь об этом думаю, величие сердца матери. В таком великом горе, когда хоронят ее сына, у нее хватило сердца, чтобы оплакать и других сыновей… Оплакать, как родных…

Светлана Алексиевич, У войны не женское лицо