Он прожил на свете всего каких-то тридцать засушливых лет, но эти лета высушили в его теле все излишнее

Он прожил на свете всего каких-то тридцать засушливых лет, но эти лета высушили в его теле все излишнее. Правда, худощавость отнюдь не была у него порождением гнетущих забот и тревог, как не была она и последствием телесного недуга. Она просто превращала его в сгусток человека. В его внешности не было ничего болезненного; наоборот.

Герман Мелвилл, Моби Дик