И тут ему открылась страшная истина, истина, справедливая для всех времен, для всех людей, кого он знал в прошлом и узнает в будущем: каждый, кто стоял или будет стоять перед ним – книга за семью печатями, и он будет вновь и вновь убеждаться: познать другого нельзя

И тут ему открылась страшная истина, истина, справедливая для всех времен, для всех людей, кого он знал в прошлом и узнает в будущем: каждый, кто стоял или будет стоять перед ним – книга за семью печатями, и он будет вновь и вновь убеждаться: познать другого нельзя.

Патриция Хайсмит, Талантливый мистер Рипли