Я не мог понять, как в течение того времени, что она болела, да нет - даже в те двадцать дней, что прошли после её смерти, я, конечно, испытывал тревогу, но как же я мог, не зная правды, спокойно жить в этом призрачном мире

Я не мог понять, как в течение того времени, что она болела, да нет - даже в те двадцать дней, что прошли после её смерти, я, конечно, испытывал тревогу, но как же я мог, не зная правды, спокойно жить в этом призрачном мире. Мир незаметно менялся, как меняется вино в бутыли, мои глаза сквозь стекло очаровывал только его яркий пурпурный цвет. Почему я не хотел, хотя бы раз в день, проверить не изменился ли его вкус. Я не вслушивался в утренний ветерок, в шелест деревьев, в голоса птиц, не всматривался в росчерк их крыльев при полете, воспринимал все это как радость жизни и не замечал того, что заставляло где-то из глубины тускнеть красоту этого мира. Если я однажды утром обнаружил, что вкус вина изменился... Случись такое, я бы сразу уловил, что мир изменился, превратился в «мир без Йинь Тьян».

Юкио Мисима, Весенний снег