Ближе всего к счастью - хоть я и не берусь определить, что это такое - я бываю тогда, когда отворачиваюсь от окна и краем сознания - потому что иначе это невозможно - замечаю, что только что меня опять не было, а был просто мир за окном, и что-то прекрасное и непостижимое, да и абсолютно не нуждающееся ни в каком «постижении», несколько секунд существовало вместо обычного роя мыслей, одна из которых подобно локомотиву тянет за собой все остальные, обволакивает их и называет себя словом «я»

Ближе всего к счастью - хоть я и не берусь определить, что это такое - я бываю тогда, когда отворачиваюсь от окна и краем сознания - потому что иначе это невозможно - замечаю, что только что меня опять не было, а был просто мир за окном, и что-то прекрасное и непостижимое, да и абсолютно не нуждающееся ни в каком «постижении», несколько секунд существовало вместо обычного роя мыслей, одна из которых подобно локомотиву тянет за собой все остальные, обволакивает их и называет себя словом «я».

Виктор Пелевин, Желтая стрела