У нас часто говорят о терпении, присущем природной русской душе, о ее «притерпелости», если употребить изобретённое Евтушенко слово, ее «покорливости» (вспомним евангельское «несть власть аше от бога»), при этом одни умиляются, подобно Константину Аксакову, другие, твердя о «духовном рабстве», бледнеют от бешенства

У нас часто говорят о терпении, присущем природной русской душе, о ее «притерпелости», если употребить изобретённое Евтушенко слово, ее «покорливости» (вспомним евангельское «несть власть аше от бога»), при этом одни умиляются, подобно Константину Аксакову, другие, твердя о «духовном рабстве», бледнеют от бешенства.

Юрий Герт, Раскрепощение