Чтобы какие-то книги могли так перевернуть нам душу и при этом не помешали миру двигаться от плохого к худшему - тут есть от чего онеметь

Чтобы какие-то книги могли так перевернуть нам душу и при этом не помешали миру двигаться от плохого к худшему - тут есть от чего онеметь. В общем. молчим... /.../ Нет, чтение не годится для поверхностного общения, оно - то, чем делятся. Но делятся далеко не сразу и с большим выбором. Если бы мы посчитали, сколькими великими читательскими впечатлениями мы обязаны Школе, Критике, всем средствам массовой информации, а сколькими, напротив, другу, возлюбленному, однокласснику,да и семье - если она не строит книги по ранжиру на образовательной полке, - результат ясно показал бы: лучшим, что мы прочли, мы обязаны чаще всего тому, кто нам дорог. И с тем, кто нам дорог, мы об этом и заговорим. Наверное, потому что привязанность, как и желание читать, означает предпочтение. Любить, в сущности, означает одарить своим предпочтением тех, кого мы предпочли. Обмен такими дарами делает обитаемой незримую цитадель нашей свободы. В нас живут книги и друзья.

Даниэль Пеннак, Как роман