- Уильям

- Уильям? - Ммм? Лицо её снова всплывает на поверхность и теперь на нём, испуганном, поблёскивают в свети свети слёзы. - Я по-прежнему твоя маленькая девочка? Он крякает от боли, которую рождает этот совершенно неожиданный удар, попавший в солнечное сплетение его тоски по прошлому. Капли горячего свечного сала падает на его уже обожжённую руку, кулаки и веки Уильяма сжимаются одновременно. - Спи, бесценная моя, - хрипло отвечает он, пятясь к двери. - Завтра будет новый, совсем новый день.

Мишель Фейбер, Багровый лепесток и белый