Супружеская измена всегда внушала мне отвращение - но не из нравственного педантизма, не из лицемерного чувства приличия, даже не потому, что прелюбодеяние всегда является воровством, присвоением чужого тела, - но, главным образом потому, что всякая женщина в такие минуты предаёт другого человека, каждая становится Далилой, вырывающей из обманутого тайну его силы или его слабости, чтобы выдать его врагу.Предательством кажется мне не то, что, в своё оправдание, она с другого срывает покрывало стыда; не подозревающего измиены, спящего она отдаёт на посмешище язвительному любопытству торжествующего соперника

Супружеская измена всегда внушала мне отвращение - но не из нравственного педантизма, не из лицемерного чувства приличия, даже не потому, что прелюбодеяние всегда является воровством, присвоением чужого тела, - но, главным образом потому, что всякая женщина в такие минуты предаёт другого человека, каждая становится Далилой, вырывающей из обманутого тайну его силы или его слабости, чтобы выдать его врагу.Предательством кажется мне не то, что, в своё оправдание, она с другого срывает покрывало стыда; не подозревающего измиены, спящего она отдаёт на посмешище язвительному любопытству торжествующего соперника!

Стефан Цвейг, Нетерпение сердца