Новорождённый же, лёжа в душной комнате, как-то удивительно, спокойно улыбался: лицо в свернувшейся крови, и ни звука

Новорождённый же, лёжа в душной комнате, как-то удивительно, спокойно улыбался: лицо в свернувшейся крови, и ни звука. Вошла, ни о чём не подозревая, медсестра, замерла с открытым ртом и всуе помянула Бога. - Господи Иисусе! И наша мать, в полубреду, ответила ей: - Надеюсь, нет, - сказала она, а у отца усмешка всё не сходила с губ. - Мы помним, что мы сделали с Ним.

Маркус Зусак, Глиняный мост