Или, лучше сказать, [роман] дает фасад с окнами и дверями, за которым кроется тайна, которую читателю-соучастнику предстоит отыскать (в этом его соучастие) и которую он может так и не раскрыть (в этом его сопереживание): Что касается читателя-самки, он, возможно, остановится перед фасадом, известно ведь, что фасады бывают необыкновенно красивыми и весьма обманчивыми, и что перед ними могут разворачиваться, ко всеобщему удовольствию, и комедии, и трагедии о так называемом порядочном человеке

Или, лучше сказать, [роман] дает фасад с окнами и дверями, за которым кроется тайна, которую читателю-соучастнику предстоит отыскать (в этом его соучастие) и которую он может так и не раскрыть (в этом его сопереживание): Что касается читателя-самки, он, возможно, остановится перед фасадом, известно ведь, что фасады бывают необыкновенно красивыми и весьма обманчивыми, и что перед ними могут разворачиваться, ко всеобщему удовольствию, и комедии, и трагедии о так называемом порядочном человеке.

Хулио Кортасар, Игра в классики