Нам этой пропагандой так прожужжали уши, что трудно было расслышать что-нибудь другое

Нам этой пропагандой так прожужжали уши, что трудно было расслышать что-нибудь другое. А особенно то, что не орет на площадях: голос сомнения и голос совести

Эрих Мария Ремарк, Время жить и время умирать