А при всем том Париж - добрый малый

А при всем том Париж - добрый малый. Он царственно приемлет все и не слишком щепетилен в любовных делах; его Венера - из готтентоток; он готов все простить, только бы посмеяться; физическое уродство его веселит, духовное забавляет, порок развлекает; ежели ты затейник - будь хоть мошенник; его не возмущает даже лицемерие - эта последняя степень цинизма; он достаточно начитан, чтобы не зажимать нос при появлении дона Базилио, а молитва Тартюфа шокирует его не больше, чем Горация «икота» Приапа. Чело Парижа повторяет все черты вселенского лика.

Виктор Гюго, Отверженные