Миша, рассчитай ее

Миша, рассчитай ее. Иногда она столько пьёт, Что перестает ощущать отчаянье или голод, Слышит скрежет, с которым ты измельчаешь лёд, Звук, с которым срывается в небо голубь, Гул, с которым садится во Внукове самолёт. Вещи, для которых все еще нет глаголов. Мама просит меня возвращаться домой до двух. Я возвращаюсь после седьмого виски. В моем внутреннем поезде воздух горяч и сух, Если есть пункт прибытия – путь до него неблизкий, И Иосиф Бродский сидит у меня в купе, переводит дух С яростного русского на английский. Там, за баром, укрывшись, спрятав в ладони нос, Мальчик спит, в драных джинсах, худ, как военнопленный. В этом городе устаешь и от летних гроз, - Был бы Бог милосерд – заливал бы монтажной пеной. Рассчитай меня, Миша. Меня и мой постепенный, Обстоятельный, предрассветный хмельной невроз.

Вера Полозкова, Осточерчение