Ему никогда не покинуть эту комнату, ибо было предначертано, что зеркальный (или зазеркальный) город будет снесён ураганом и стёрт из памяти людей в ту самую минуту когда Аурлеано Вавилонья закончит чтение пергамента, и что всё написанное в них неповторимо отныне и навеки, ибо ветвям рода, приговорённого к ста годам одиночества, не дано повториться на земле

Ему никогда не покинуть эту комнату, ибо было предначертано, что зеркальный (или зазеркальный) город будет снесён ураганом и стёрт из памяти людей в ту самую минуту когда Аурлеано Вавилонья закончит чтение пергамента, и что всё написанное в них неповторимо отныне и навеки, ибо ветвям рода, приговорённого к ста годам одиночества, не дано повториться на земле.

Габриэль Гарсиа Маркес, Сто лет одиночества