Не улыбка, а гадкая циничная ухмылка змеилась на его губах, отражая весь его триумф и все его презрение

Не улыбка, а гадкая циничная ухмылка змеилась на его губах, отражая весь его триумф и все его презрение. Он, рожденный без запаха в зловоннейшем месте мира, вышедший из отбросов, грящи и гнили, выросший без любви, выживший без душевной человеческой теплоты из одного упрямства и в силу отвращения, маленький, горбатый, хромой, уродливый, отринутый, физический и нравственный калека - он достиг того, что понравился миру! Мало того! Он любим! Почитаем! Обожаем! Он совершил Прометеев подвиг.

Патрик Зюскинд, Парфюмер. История одного убийцы