Он был частью нас самих, и когда он умер, всё это ушло из нашей жизни: не осталось никого, кто мог бы сделать это так, как делал он

Он был частью нас самих, и когда он умер, всё это ушло из нашей жизни: не осталось никого, кто мог бы сделать это так, как делал он. Он был особенный, ни на кого не похожий. Очень нужный для жизни человек. Я так и не примирился с его смертью.

Рэй Брэдбери, 451 по Фаренгейту