Загородив роскошным телом путь, Суховская с жаром стала убеждать соседа более не претендовать на принадлежащий ей по праву луг

Загородив роскошным телом путь, Суховская с жаром стала убеждать соседа более не претендовать на принадлежащий ей по праву луг. Горлыбин слушал ее, как свой оркестр: закрыв глаза и чуть покачиваясь на ветру. Когда помещица иссякла, он мягко заметил: – Ольга Митрофановна, слишком стакатто! Не смог уловить смысл. Повторите, пожалуйста, модерато.

Валерий Введенский, Старосветские убийцы