такие женщины в любом возрасте, и в двадцать, и в семьдесят, могут не только обидеться навсегда на то, что ты счел мелочью, но и простить тоже могут абсолютно что угодно

такие женщины в любом возрасте, и в двадцать, и в семьдесят, могут не только обидеться навсегда на то, что ты счел мелочью, но и простить тоже могут абсолютно что угодно. В том числе и то, что прощать вообще-то нельзя.

Александр Беленький, Мари