Генка смотрит, как я рисую, а я слышу его дыхание у себя за спиной. – Подожди, а это чего? – Это наш лейтенант. Со своими детьми. – Так его же убили. А у тебя ему тут лет тридцать пять. Он же молодой был совсем. И детей у него не было. – Ну и что? – говорю я. – А здесь он с детьми. Могли у него потом родиться дети? Генка долго молчит, смотрит на мои рисунки.
Андрей Геласимов, Жажда
