Что за власть в Харькове – еще красная, уже белая или вообще никакая, – толком никто не знал

Что за власть в Харькове – еще красная, уже белая или вообще никакая, – толком никто не знал. Май одна тыща девятьсот девятнадцатого года был баловник и чародей, веял свежим своим опахалом так, что ни черта не разберешь, всё вихрилось и вертелось.

Борис Акунин, Не прощаюсь