О добре и зле в двадцать пятом году никто не мог сказать ничего определенного, а в стиле разбирались почти все

О добре и зле в двадцать пятом году никто не мог сказать ничего определенного, а в стиле разбирались почти все.

Дмитрий Быков, Остромов, или Ученик чародея