все ясней видел: чем дальше, тем больше этот город подходил для синхрона с панорамными видами под фразу: «А вот на этой южной широте распустил свои кровавые нюни город-курорт Сочи, не сумевший быстро адаптироваться к произошедшему!» Слушая же Рубинковичей, понял еще кое-что: раньше жители города вещали стране и миру про собственную позитив-уникальность, а теперь – про негатив-уникальность

все ясней видел: чем дальше, тем больше этот город подходил для синхрона с панорамными видами под фразу: «А вот на этой южной широте распустил свои кровавые нюни город-курорт Сочи, не сумевший быстро адаптироваться к произошедшему!» Слушая же Рубинковичей, понял еще кое-что: раньше жители города вещали стране и миру про собственную позитив-уникальность, а теперь – про негатив-уникальность. Изменились знаки, но не меняется само упоение точкой экстремума.

Вадим Денисов, Генетический шторм