Он держал ее, он вдыхал ее, а она клонилась и клонилась к нему, не узнавая сама себя, вся поглощенная и наполненная своей любовью, умиротворенная и в то же время торжествующая, и Дику казалось, что он уже и не существует вовсе, разве только отражение в ее влажных глазах

Он держал ее, он вдыхал ее, а она клонилась и клонилась к нему, не узнавая сама себя, вся поглощенная и наполненная своей любовью, умиротворенная и в то же время торжествующая, и Дику казалось, что он уже и не существует вовсе, разве только отражение в ее влажных глазах.

Фрэнсис Скотт Фицджеральд, Ночь нежна