Он вспомнил, как после бесед с этой женщиной лежал в постели без сна, один в своей комнате, и её горе давило на него, как грехи прихожанина давят на душу священника, как давят на разум и тело писателя злоключения его персонажа

Он вспомнил, как после бесед с этой женщиной лежал в постели без сна, один в своей комнате, и её горе давило на него, как грехи прихожанина давят на душу священника, как давят на разум и тело писателя злоключения его персонажа.

Адам Хэзлетт, Ты здесь не чужой