Живы были лишь сожаления, раздиравшие Василия Васильевича

Живы были лишь сожаления, раздиравшие Василия Васильевича. Не мог понять, почему все так случилось? Кто виноват во всем? Ах, Софья, Софья!.. Теперь он не скрывался от себя, - из запретных тайников вставало тяжелое, нелюбимое лицо неприкрашенной женщины, жадной любовницы, - властная, грубая, страшная... Лицо его славы!

Алексей Николаевич Толстой, Петр Первый