Теперь он больше, не боялся приведений

Теперь он больше, не боялся приведений. Ему хотелось потягаться с ними, окончательно усмирить их.Он позвал их, и что же - они покорно прилетели на зов. Они являлись ему повсюду. Переменчивые формы облаков, когда он был в пути, ветви деревьев, когда он гулял по саду, пробивавшиеся сквозь песок струйки воды, когда он бродил по берегу Мансанареса, пятна на стенах эрмиты и солнечные зайчики - все принимало облик и очертания того, что гнездилось у него в душе...

Лион Фейхтвангер, Гойя, или Тяжкий путь познания